Криптовалюта дала людям суверенитет. Staghunt считает, что следующим фронтиром станет групповая версия: рынки координации.
Интернет научился соединять людей. Однако он так и не научился объединять их в совместные действия.
Таково утверждение, лежащее в основе Staghunt, нового инфраструктурного проекта Йонатана Сомполински, известного как hashdag, основателя Kaspa и одного из исследователей протокола, стоящих за серией исследований proof-of-work GHOST-GHOSTDAG-DAGKnight.
В течение многих десятилетий интернет облегчал людям поиск друг друга. Он позволяет миллиардам пользователей мгновенно общаться, глобально делиться информацией и создавать сообщества вокруг практически любого убеждения, рынка, интереса или недовольства. Тем не менее, когда те же люди пытаются действовать вместе, процесс обычно возвращается к старым формам: централизованным организациям, доверенным посредникам, неформальному социальному давлению или публичным сигналам, которые обнажают того, кто действует первым.
Staghunt выдвигает более чёткое утверждение, чем просто «координация полезна». Он утверждает, что координация — это следующий рубеж, который стоит поддерживать.
Криптовалюта дала миру индивидуальный суверенитет: самостоятельное хранение, возможность выхода, приватность, устойчивость к цензуре и инфраструктуру, которую отдельные лица могут использовать без разрешения. Но она так и не создала по-настоящему групповую версию. Не был предоставлен надежный способ для людей сказать: «Я буду действовать, но только если достаточно из вас поступит вместе со мной.»
Этот отсутствующий слой является основой тезиса Сомполинский представил в своем выступлении в Оксфордском союзе и расширенный в шестистраничный манифест. Суть шире, чем любая отдельная блокчейн-сеть. Криптовалюта — это первый рынок Staghunt, а не её категория. Категория — это координация. В то время как Сомполинский известен прежде всего как основатель Kaspa, Staghunt отражает независимое видение, построенное поверх этой сети. В соответствии с децентрализованной философией Kaspa, проект развивается своим собственным путём, одновременно исследуя, как на практике могут выглядеть рынки координации.
Суть шире, чем любая отдельная цепочка. Криптовалюта может быть первым рынком Staghunt, но фактической категорией является координация.
Если Биткойн решил проблему безгосударственных денег, а Эфириум исследовал программируемые деньги, рынки координации могут представлять собой столь же значительную неизведанную категорию: инфраструктуру для коллективных действий. Вопрос для инвесторов заключается в том, будет ли следующий десятилетний период криптовалют определяться новыми финансовыми продуктами или совершенно новыми способами организации групп людей, капитала и, в конечном итоге, агентов ИИ.
Незавершённые дела интернета
Аргументом Сомполински служит простое переосмысление интернета.
В своей речи в Оксфордском союзе он охарактеризовал интернет как молодую демократию, а не как завершённый продукт. В нём присутствуют свобода слова, постоянное участие и глобальный охват, но существует мало институтов, позволяющих людям давать друг другу достоверные обязательства.
Одна только коммуникация недостаточна. Люди могут разговаривать, жаловаться, организовывать групповые чаты и обнаруживать общие предпочтения. Но разговоры никого не обязывают к действиям. Вот почему так много очевидных коллективных шагов так и не совершается.
Сообщество может хотеть покинуть платформу, которую все ненавидят, но никто не хочет уходить первым. Капитал может стремиться перейти с менее качественной площадки на лучшую, но ни один поставщик ликвидности не хочет оказаться в пустом пуле. Группа может разделять одинаковую уверенность, но каждый участник ждёт доказательства того, что достаточно другие действительно появятся.
Здесь Staghunt видит пробел. Интернет богат речью и слаб в обязательствах. Он соединяет людей в сообщества, но не предоставляет этим сообществам собственного способа для действий.
От Молоха к Азазелю
Большинство теорий неудачи координации начинается с эгоизма. Обычно в качестве отправной точки используется дилемма заключённого: люди действуют эгоистично, поскольку их личные стимулы отталкивают их от коллективного блага. В криптовалютных и технологических кругах эта неудача часто сводится к Молоху — демону несовпадающих стимулов.
Staghunt утверждает, что эта диагностика неполная. «Демоном никогда не была измена. Люди хотят сотрудничать. Они просто не могут позволить себе быть первыми и оказаться уязвимыми. Это Азазель, а не Молох», — сказал Сомполинский.
Различие имеет значение. Если проблема заключается в эгоизме, то ответ, как правило, заключается в усилении институтов, ужесточении правил или в централизованном планировании. Но если люди уже хотят сотрудничать и просто не могут позволить себе сделать первый шаг, тогда проблема носит инфраструктурный характер.
Отсутствующий ингредиент – это уверенность. Другими словами, способ для людей, которые уже стремятся к одному и тому же результату, двигаться к нему вместе.
Манифест Staghunt иллюстрирует это на специально выбранном человеческом примере. Профессор с постоянным трудовым договором может «выйти из шкафа», если это сделают пять его коллег. Ассистент-профессор может потребовать для этого пятьдесят человек. Ни один из них не отказывается действовать. Оба просто нуждаются в уверенности, что они не останутся в одиночестве.
Та же логика применяется и при более высоких ставках. Организация инакомыслия, когда первым шагом может стать тюремное заключение, — это та же игра в самом опасном её проявлении. Такой же принцип действует и при миграции платформ, когда миллионы людей могут не любить сервис, но остаются в ловушке, поскольку покинуть его первым значит уйти одному.
Проблема заключается отнюдь не в осведомлённости, а в скоординированных действиях без раскрытия информации.
Что отличает intendo от залога
Ответ Staghunt — это новый примитив под названием интендо: условное обязательство, которое выполняется только после выполнения заранее определённых условий.
Вместо того чтобы сказать: «Я сделаю это», участник может заявить: «Я сделаю это, если достаточно других тоже сделают это.»
Это может показаться схожим с залогом, но тезис Staghunt основывается на свойствах, которых обычные залоги не имеют.
Первое — это координированная атомарность. Если формируется пакет, соответствующие обязательства должны сработать одновременно или не срабатывать вовсе. Частично исполненный пакет воссоздаёт ту же ошибку, которую Staghunt призван решить. Обязательство одного участника срабатывает, в то время как другие не совершают действий.
Второй аспект — непрозрачность накопления. Участники, операторы и сторонние наблюдатели не должны иметь возможность точно видеть, насколько близко собрание к активации. Если в реальном времени виден порог, собрание становится уязвимым к манипуляциям. Действующие лица могут ждать, пока не останется одного до достижения порога, и вмешаться в последний момент для получения преимущества, или выйти в самый пик, чтобы оказать давление на группу. Непрозрачность защищает процесс координации до его разрешения.
Более широкая структура Staghunt также указывает на мультиплексирование капитала, при котором один и тот же капитал может поддерживать несколько возможных intendos до тех пор, пока не произойдет одно из них, а также на компоновку, когда одно скоординированное действие может влиять на другое. Но даже атомарность и непрозрачность сами по себе ясно показывают, почему Staghunt не пытается заново создавать Kickstarter или другую платформу петиций.
Вместо этого он стремится создать координацию в качестве рыночной инфраструктуры.
Intendo Terminal и первый рынок
Первой реализацией этой концепции является Intendo Terminal, запуск первой версии которого запланирован на июль.
«Staghunt запускает Координационный Терминал для рынков. Продукт под названием Intendo Terminal позволяет пользователям совершать финансовые действия, которые активируются только при формировании достаточного количества участников: запуск токена, который происходит только при наличии надежного капитала, ликвидность, которая перемещается только при совместном перемещении, позиция, которую никто не должен занимать в одиночку», — объяснил Сомполински.
Криптовалюта — первый очевидный рынок, поскольку он уже содержит видимые сбои в координации.
Ликвидность часто застревает на площадках, которые участники приватно считают неудовлетворительными. Действовать в одиночку рискованно, поскольку ликвидность ценна только тогда, когда её достаточно и она поступает совместно. Запуски токенов и формирование сообществ сталкиваются с аналогичной проблемой. Поддерживающие могут быть готовы присоединиться, но только если раунд, пул или сообщество достигнут убедительного порога.
Intendo Terminal создан для превращения этих неформальных намерений в выполнимые обязательства.
Идея также выходит за рамки крипто-ориентированных финансов. Сомполински указывал на ИИ как на еще одну будущую платформу координации: не просто управление одной моделью, а направление внимания множества агентов на одну и ту же область или задачу.
Независимо от того, являются ли участниками люди, фонды, сообщества или ИИ, основная проблема остается той же: координация в условиях неопределённости.
Почему стоит строить на Kaspa?
Под терминалом Intendo лежит более глубокая инфраструктурная концепция.
Многие блокчейны могут фиксировать обязательства. Staghunt утверждает, что рынкам координации необходимо что-то более мощное. Им нужна реализация, которая была бы одновременно мгновенной и атомарной в тот момент, когда достигается пороговое значение.
Если выполнение задерживается после формирования пакета, участники остаются уязвимыми. Интервал между достижением порога и выполнением становится мишенью для фронт-раннинга, давления, манипуляций в стиле MEV и стратегического вмешательства. Для рынков координации время — это не деталь производительности. Это часть модели безопасности.
Это требование побудило Сомполинского сформулировать Децентрализация в режиме реального времени, или RTD.
«Вы можете считать доказательство выполнения работы расточительным. Но это единственный механизм, который в реальном времени опрашивает честное большинство сети. С момента обновления Crescendo Kaspa добывает десять блоков в секунду параллельно. Каждый блок — это неизменяемый, случайно сгенерированный голос, поступающий из разных частей сети.»
Его аргумент заключается в том, что в подтверждении доли (proof-of-stake) разделены два этапа: создание блока и получение права на его публикацию. В подтверждении работы (proof-of-work) эти этапы представляют собой единое неделимое действие. Добытый блок одновременно является лотерейным билетом и голосом.
Эта атомарность, по мнению Сомполински, предоставляет алгоритму быстрого доказательства работы доступ к случайности в реальном времени и делает его уникально подходящим для RTD. Читатели, заинтересованные в более глубоком техническом анализе, могут ознакомиться с его недавнее эссе на Medium по данной теме.
Будет ли более широкая индустрия принимать эту гипотезу или нет, это объясняет, почему Staghunt строится на Kaspa: не как официальный проект экосистемы, а потому что его инфраструктура соответствует временным требованиям, которые, по мнению Staghunt, предъявляются рынками координации. На момент публикации данного материала Kaspa активирует свой Обновление Toccata, следующий шаг в той же дорожной карте, который приблизил децентрализацию в режиме реального времени.
«Охота на охоту на оленей»
Самая провокационная часть Staghunt, возможно, заключается в том, что он намерен использовать собственный механизм с самого начала. Hashdag организует сбор средств, который должен стать памятным как первый staghunt. «Сбор средств уже является продуктом: staghunt для Staghunt. Инвесторы подписывают договоры намерений, но раунд завершается только тогда, когда формируется группа. Никто не финансирует оленя в одиночку.»
Другими словами, сам процесс привлечения средств становится демонстрацией тезиса. Staghunt не просто утверждает, что рынки координации должны существовать. Он пытается сделать свое собственное формирование зависимым от такого рынка. Именно это придаёт проекту его уникальность.
В то время как многие инвесторы задаются вопросом, остались ли у криптовалюты ещё не исследованные горизонты, Staghunt делает ставку: индустрия потратила 15 лет на создание суверенитета для отдельных лиц и почти не уделила внимания созданию суверенитета для групп. Если эта оценка верна, рынки координации могут оказаться такой же фундаментальной категорией, какой когда-то казались программируемые деньги.
Несмотря на все свои успехи в объединении людей, интернет по-прежнему не обладает встроенной инфраструктурой для коллективных действий.
Подпишите свой первый intendo: staghunt.ai
Прочитайте шестистраничный документ Staghunt: https://hashd.ag/project-staghunt-six-pager.pdf
Смотреть выступление в Оксфордском союзе: https://www.youtube.com/watch?v=VIZGKoIaGR0
